А теперь - стихи!
Када-то страшно давно, буквально на заре тырнетов, в них был сайт гениального поэта Любцова. Недавно попробовали погуглить запомнившиеся строчки - оказалось, вся нетленка вымерла бесследно. Зато копание в домашнем архиве принесло плоды в виде нескольких сохранившихся ништяков. Собсно пусть терь здесь лежат и гугляЦЦа:

Принцесса задумчиво села
Но только, увы, не туда.
И с палубы тут же слетела
А там, как известно, - вода,
Все знают, что море там стонет,
Вам скажет любой: "Там же шторм!"
Всем ясно, что скоро утонет
Принцесса Мария Делорм
Все смотрят. Принцесса не тонет.
Все шепчутся: "Как же, там шторм!
Тогда почему же не тонет
принцесса Мария Делорм?.."
"Вот дьявол, как долго не тонет..."
- Задумчиво шепчет матрос, -
"Не тонет, хоть море и стонет,
Но как? - вот, заметьте, вопрос!"
- А может быть, море не стонет?
- А может, ей смерть не страшна?
- А может, Мария не тонет,
Купается просто она?..
Тону, - им принцесса сказала,
- Хоть это, увы, нелегко.
Я, видимо, за борт упала
И, видимо, здесь глубоко.
И море так жалобно стонет...
Все очень похоже на шторм...
О, Боже !!! Неужто утонет
Принцесса Мария Делорм?!
Утонет, - матросы сказали,
Вот вздыбились волны опять.
Вы сможете выплыть едва ли
Бессмысленно даже спасать.
Под вечер команда уснула
И всем было все все равно.
Принцесса же не утонула
И долго плыла как бревно



Кому ты кукаешь, Мирон,
Поночью сидя на осине?
Не позабыть твой образ синий
И твой зеленый балахон.
И внемлют горестному куку
Во тьме сентябрьские леса.
Как жаль, осиновому суку
Осталось жить лишь полчаса.
Удар и тьмой простого люда
Наполнился осенний лес.
Ревет толпа: "Упал зануда!
Накукал страшный свой конец!!"
Тут все услышали два звука
"Гу-гу" - и больше ничего,
То в чаще леса Прохор гукал
О смерти друга своего.
"Так вот кому Мирон все кукал!"
- Воскликнет кто-нибудь потом,
Нет. Не ему, он просто кукал,
Сидел и кукал под дождем.
Сидел на ветке мок и кукал.
А хитрый Прохор выжидал
И лишь тогда подлец загукал,
Когда Мирон с осины пал.
Теперь в лесу не слышно кука.
Теперь здесь Прохор господин.
Вот он, на тополе, подлюка.
Сидит и гукает один.

спросил я как-то у ежа
все так же кровь твоя свежа?
увы не так - ответил еж
не так! да что с нее возьиешь...
он замолчал и я молчал
и мы стояли на ветру
лишь дятел весело стучал
дурацким клювом о кору

Вот комната. Вот килограмм,
Лежащий тихо на диване.
В нем столь изысканн каждый грамм.
Вот литр с бледными чертами
Сквозь стену мутную стекла
В окно взирает из бутылки,
А Петр Иваныч у стола
Не сводит глаз с огромной вилки.
Звонок. Удар, еще удар
И вот уже под звуки лиры
Ефрем, Онуфрий и Захар
Заходят в полумрак квартиры.
И начинается бедлам,
И гости песни распевают,
И режут, режут килограмм
И бледным литром запивают.

Сидел в больнице донор синий,
Отдавший кровь свою врачам.
Он был хоть синий, но красивый
И синей головой качал.
Вдруг из больницы, вытирая
С улыбкой рот, понесся вскач
От свежей крови обмирая
Бесстыжий ярко-красный врач.
В лице наш донор изменился
И сильно закололо бок.
Он за врачом стремглав пустился,
Но отыскать его не мог
Лишь у центральной водокачки
Они столкнулись - селяви
И донор руки перепачкал
В своей же донорской крови.

наполнив рот картофелем
вадим сергеич темных
размытым серым профилем
маячил в окнах темных
сидел тетерей сонною
и так бы и маячил
но я стекло оконное
вадиму расхуячил

PS - если у кого-то паче чаяния ченить еще его есть вроде "камень в окошко брошенный метко в полость брюшную попал пациентке...", запостите плиз :)